Читаем без скачивания Знак Сокола [СИ] - Дмитрий Хван

— Приготовиться! — с яростью в голосе приказал товарищам Белов.

Серёгу надо было выручать. Брайан корил себя за нелепую попытку обмануть шведских воинов и теперь был готов сделать всё, чтобы с Бекасом ничего не случилось. Но тут, волею судьбы вмешался счастливый случай. Тот дурень-пикинёр, у которого в руках была ангарская матрёшка, решил вдруг выдернуть из бочонка фитиль, как он полагал. Зачем он это сделал, одному Создателю известно. И когда Белов, уже готовый стрелять в одного из пикинёров, тычущих копейным жалом в кусты, приподнялся над позицией, с самой гуще шведов грянул взрыв. Беднягу, что привёл в действие заряд, порвало на кровавые лоскуты, высоко взметнувшиеся над дорогой. Облако пыли и дыма постепенно опускалось на лежавшие тела. Белов увидел в окуляр прицела как Бекасов, держа перед собой револьвер, выходит из своего укрытия, а за ним крадётся Кнуд, держа наготове винтовку.

— Пошли за мной! — воскликнул ангарский наместник и бросился вперёд.

Тем временем Бекас застрелил троих оставшихся на ногах шведов, которые пытались его атаковать, несмотря на контузию. Остальные лежали на земле — кто навзничь, кто скрючившись от боли. Кто-то уже пытался встать, а кто-то уже остывал. У многих дымилась одежда, а воздух смердел палёными волосами. Вокруг раздавались громкие стоны и оханья. Кнуд, отставив винтовку, вытащил из ножен длинный тонкий нож и немедленно принялся полосовать глотки раненым и оглушённым шведам. Дан делал это ловко и быстро, три движения руки и дело сделано — враг вскоре истечёт кровью и отдаст концы. Белов же, подбежав к месту взрыва, как раз стал свидетелем этого процесса. Кнуд, оседлав одного из очухивающихся солдат, стоявшего на четвереньках, взял того за волосы и моментально перерезал ему горло. Швед страшно захрипел, обильно поливая пыльную землю своей кровью.

— Кнуд?! — воскликнул Белов. — Ты что делаешь? Бекас, ты чего не остановишь его?

— А зачем мне его останавливать? — Сергей поднял глаза на товарища и с нарастающим раздражением проговорил:

— Ты что, решил с ними поиграть в благородство? Я сейчас троих пристрелил. Мне не надо было спросить у них разрешения?

— Не заводись, Серёга! Не следует нам опускаться до их уровня, — покачал головой Брайан.

— Мы уже на их уровне, — возразил Бекасов.

— Пора уходить! — крикнул вдруг Микулич. — Шведы близко!

— Герр Брайан! Тут ещё двое остались, оглушённые, — Кнут, поняв, что наместник был недоволен его занятием, решил спросить его:

— Резать или нет?

— Режь, — проговорил с хмурым лицом Белов. — Не тащить же их с собой.

После чего, с каменным лицом, ангарец закричал изменившимся голосом:

— По наступающему противнику… беглый… Огонь!

Солдаты побежали к месту, где прогремел взрыв, поднявший кучу пыли. Облако плавающей в воздухе взвеси только начинало оседать, как шведы бросились туда, сыпя проклятьями и не слушая своих офицеров. Капитану Хенрику Нюландеру ничего не оставалось, как последовать за воинами, подхватив свой протазан.

Теперь шведы видели врага и они устремились к нему, чтобы уничтожить его. Какие же коварные эти курляндцы! Поход обещал быть лёгкой прогулкой перед отправкой в Дерпт на пополнение тамошнего гарнизона. Эйрик Гюлленшерна, генерал-губернатор Эстляндии и Ингрии, приказал пройти по Эзелю маршем от его северо-восточного побережья до главного города острова, чтобы показать этим свершившуюся смену власти. А младший брат канцлера — Габриель, должен был стать шведским наместником в Аренсбурге. Но эта свинья погибла первой, а после этого шведская кровь полилась на землю Эзеля весьма щедро. И если поначалу Нюландер думал, что Оксеншерна-младший упал в воду, снова упившись настоек, то вытаскивавшие его из воды солдаты криком возвестили, что будущий наместник был убит. Однако в момент вражеского выстрела на берегу было весьма шумно, потому никто и не подумал, что Габриель был застрелен. Тогда Хенрик изумлённо осмотрелся по сторонам, но нигде не увидел и следа вражеских мушкетёров. А единственное место, откуда можно было стрелять — одинокий хутор и полуразрушенная датская церквушка. Но они были слишком далеко для столь меткого выстрела. К тому же майор Карл Хелльмюрс некоторое время назад отправил к хутору небольшой отряд под началом капитана Ларссона и сейчас они находились там. Следовательно, стреляли из церкви, которая стояла на холме! Уже тогда Хенрик поразился своему открытию. А вскоре оттуда, именно оттуда — ибо теперь на колоколенке церкви были видны облачка порохового дыма и слышны далёкие раскаты выстрелов, начали стрелять по отряду Ларссона, а также по берегу. Нигде не было спасения! За короткое время на берегу были убиты трое и ранено двое человек, да и оба раненых быстро истекли кровью, а глаза их остекленели. Причём, Нюландер заметил, что невидимые стрелки ещё и выбирают своих жертв — стреляя по наиболее пышно одетым шведам. Поэтому сразу погибло два офицера и заведовавший сбором налогов чиновник, а его подчинённый и купец из Реваля умерли позже. И вообще, думал Хенрик, отчего вдруг эзельцы взялись сопротивляться? Им разве не всё равно, кому платить налоги? Они вообще не должны были озаботиться сменой власти. Или курляндцы всё-таки не ушли с острова? А предпочли дать бой? Но тогда это уже знак от Яна Казимира шведскому канцлеру, рассуждал Нюландер. Он использует своего вассала, чтобы показать свою решительность. Что это значит? Сговор с Москвой? Ведь этим славянам выгодно ослабить королевство.

Так Хенрик думал ещё до того, авангард их отряда разметало взрывом.

— Курляндцы — адово племя! Смерть им! — рычали солдаты вокруг капитана.

И вновь, как тогда на берегу, вокруг офицера стали падать люди, сбитые с ног тяжёлыми пулями. А когда прямо перед ним кувыркнулся в изумрудную траву капрал Йоханссон, обдав Хенрика горячей кровью, он остановился, выронив протазан. Один из солдат толкнул его в плечо, но капитан этого не заметил. Он смотрел на капрала, открывающего в безмолвном крике рот, словно выловленная рыба. Его глаза были полны боли и смертельной тоски. Для Нюландера разом исчезли все звуки, а время остановилось. Он, словно зачарованный смотрел на своего капрала-земляка и на его отвратительную рану в боку, откуда хлестала чёрная кровь. Ещё несколько мгновений, и всё было кончено. После этого Хенрик посмотрел туда, куда спешили его солдаты — но на месте гибели авангарда уже было пусто. Враг исчез, презрев дальнейшую схватку, в которой у них не было ни единого шанса. Ведь курляндцев было только пятеро! Всего лишь пятеро. Хенрик неуклюже привалился на траву и пытался осмыслить происходящее. Всё, что происходило с момента их высадки на берег, было каким-то неправильным. До сих пор у Нюландера не было такого чувства собственного бессилия. Оно появилось внезапно и не отпускало капитана.

На плечо Хенрика вдруг опустилась чья-то тяжёлая рука. Подошедший майор Хелльмюрс осведомился у сидевшего на траве капитана:

— Вы ранены, Хенрик?

— Нет, господин майор, — бесстрастно ответил Нюландер. — Я не ранен.

— А, это Йоханссен, ваш земляк, — сочувственным тоном проговорил Карл, увидев убитого капрала. — Я отправил гонца к галерам, сотня солдат восполнит наши потери, — сообщил он офицеру, похлопав его по плечу в знак солидарности. — Необходимо жестоко наказать чёртовых курляндцев.

— Не поможет нам эта сотня, — еле слышно сказал Хенрик.

— Что? — не расслышал тот.

— Мы идём к Пейде, господин майор?

— Да, капитан, — кивнул Хелльмюрс. — Но солдатам надо дать небольшой отдых, вставайте и идите к ним, вы там нужнее. У нас почти не осталось офицеров.

Теперь майор становился командующим шведским отрядом и он же должен был привести своих солдат в Дерпт. И успеть сделать это до вторжения московитов, о котором уже открыто говорили в Эстляндии. А теперь получалось, что нужно было выбирать — или уже завтра уходить к Пернову, или воевать с упёртыми курляндцами до полного их разгрома. Положение Хелльмюрса было очень сложным. Недавно он поделил отряд на три части, по числу оставшихся офицеров, с учётом скорого прибытия сотни солдат. После недолгого отдыха шведы скорым маршем подошли к Пейде, на подступах к которому враги снова обстреляли отряд из засады. Погибло шесть солдат и фенрик Нюквист. Пришлось делить отряд уже на две части. Хелльмюрс был в ярости. Если бы не чёткий приказ генерал-губернатора, он бы давно ушёл в Ливонию. Курляндцы, как и ожидалось, укрылись в замковой церкви — угловатом, но крепком и по военному укреплённом здании со множеством окошек и бойниц, а также широкой башней на переднем фронтоне. Этот небольшой замок был способен выдержать осаду, а ввиду отсутствия у шведов пушек и осаду долгую. К немалому удивлению шведов городок был совершенно пуст, лишь на самой его окраине удалось в одном из сенных амбаров найти старика-немца. По его словам, люди покинули Пейде, слушаясь приказа герра Брайана — наместника Эзеля.